Яркие лампы гирлянд, не смотря на дневной свет, мерцали ослепляя. Сегодня у сцены собрался весь город. Весь, да не совсем: избранная бригада электриков сейчас готовила зрелище, эдакую акцию, финальной стадией которой являлось абсолютно полное отключение света в городе во время полного затмения. До последнего мобильного телефона, последней свечки, последнего телевизионного экрана, последнего огонька.
Жители города собрались наблюдать за зрелищем с самой верхней его точки, там власти оборудовали сцену (разумеется, не собственноручно), на которой уже три часа талантливые музыканты развлекали выступлениями пришедших. Рядом со сценой семенили журналисты и журналистки, изо всех сил спешившие не упустить свой шанс прославиться на весь мир. Полное затмение наблюдалось только из данного места, и потому акция имела прямую трансляцию на весь земной шар.
Стояла ранняя весна, была ясная, безветренная погода.
Никто и не ждал, что затмение лучше всего будет наблюдаться из этого Российского города. Да и сами жители не особо то спали и видели, что вот одно небесное тело закроется другим, в результате чего на две минуты часть земли покроется полнейшей тьмой…
Нет, суетиться начали относительно недавно: о предстоящей акции стало известно пол года назад. Пол года беготни дали свои результаты: реки прибыли свалились на скучающие головы чиновников городка совсем внезапно, словно яблоко на голову Ньютона. Различие состояло лишь в том, что чиновники сами ничего не придумывали, а лишь взяли «европейский, значит, стандарт мероприятия». И ведь пригодилось русскому уму затмение. Содружество электриков города решило устроить еще и повсеместное отключение света в городе. Задумка была грандиозна и сводилась к тому, что свет будет отключаться волной: начиная с дальних кварталов и заканчивая сценой. Над последней возвышался небольшой пригорок, покрытый негустой растительностью.

На акцию меня не пустили, как объяснили: места не хватило. Сказали, что слишком много народа пришло, мол «иди домой мальчик». И ладно если бы и так, да всего в пятидесяти метрах от меня расположилась VIP-зона, в которой лениво расположились несколько больших шишек, окруженных охраной. Охраной были как всегда двухметровые тупые амбалы. Наш разговор свелся к одной простой и, зачастую, известной фразе:
- А ты кто? Ты никто здесь, парень, вали домой!
От досады хотелось расплакаться, и я с грустью поплелся в сторону дома. Улицы были пустыми. Нет, не так, как это описывает большинство писателей в своих произведениях; дома вовсе не собирались смотреть на меня пустыми глазницами окон, двери не были выбиты с косяком, а по улице не катилось, подскакивая на каждой неровности, пресловутое перекати-поле. Все было как обычно, таким простым, каким я и привык это видеть. Весь путь домой я проделал за двадцать минут, по заключению наручных часов. Печалью для меня стало то, что до затмения осталось всего-навсего пол часа. Настроение у меня было, как у окруженного лисами зайца и потому в мои дальнейшие планы входило наплевать на все эти блатные представления, выпить чаю и завалиться спать.
Когда я завернул за угол родного дома, то увидел первого живого человека за эти двадцать минут. Это был местный пьяница дядя Витя, спящий на лавочке. Когда он был более-менее трезв, мы даже иногда говорили о жизни…
И смерти; в общем и целом все наши беседы были о главном, о вечном. Будить его я не хотел и потому постарался пройти участок пути до подъезда тихо. И вот, когда я был за два метра от цели, которая являлась собственно входом в подъезд, что-то предательски скрипнуло под моим правым ботинком. Я повернулся, надеясь обнаружить дядю Витю всё еще спящим на лавочке, как младенца, но наткнулся на его трезвый и порядком довольный взгляд. Он поприветствовал меня скупо, как всегда.
- Здорово.
- Привет. – Поздоровался я, смотря куда-то вниз.
- Подойди-ка, я вижу что-то не так.
Я подошел и сел рядом. Но не так, как обычно садятся рядом с каким-нибудь бомжом или пьяницей. Дядя Витя был не таким. Он просто был добрым человеком, который иногда выпивал и не имел определенного места жительства. А так, от него даже и не воняло вовсе, разве что изо рта пахло.
- Да, дядь Вить. Не пустили меня… - Не знаю, что на меня нашло, но я выложил ему все что лежало на душе. Дядя Витя задумался, мне показалось, что его ничуть не стеснила моя откровенность, и что он даже меня понял.
- И что ты собрался делать?
Пусть мне и стало стыдно и я даже начал краснеть, но всё же сказал правду:
- Пойти спать.
- Что? – Глупо спросил он.
- Пойти спать.
- Так просто сдашься?
- Я уже сдался.
- Не правда. Я же знаю тебя, ты нормальный парень.
- Но что я могу сделать?
- Помнишь, что ты говорил мне, когда меня выселяли? Ты сказал: «всё в твоих руках».
-Да, конечно помню, - Я ошарашено посмотрел на свои собственные руки. Они не загорелись пламенем, не стали золотыми и вообще с ними ничего такого, что бы могло мне помочь не произошло. – Но тебя разве не выселили?
Он улыбнулся и добавил.
- Это не имеет значения! Суть в чем? Охранник у сцены сказал, что здесь ты никто, верно?
- В чем? – Настала моя очередь задавать тупые вопросы.
- Охранник у сцены сказал, что здесь ты никто, верно?
- Ну да, и чем я могу это оспорить?
Дядя Витя не стал отвечать, а лишь задал свой следующий вопрос.
- Ты хочешь доказать что ты «кто»?
Я кивнул.
Дядя Витя резко вскочил, чем меня не слабо напугал. Невольно собеседник представился мне в образе супермена, но, к счастью, эти безумные мысли быстро прошли. Дядя Витя некоторое время рылся в карманах, а затем извлек какой-то предмет и вложил его в мои ладони.
Я опустил глаза и увидел зажигалку. Обычную, ничем не примечательную зажигалку. Чем этот предмет мог мне быть полезен, я сначала не понял.
- Всё в твоих руках. - Дядя Витя повернулся в сторону арки, ведущей со двора, и быстро зашагал прочь, оставив меня в молчаливом недоумении на лавочке.

Неопытная журналистка вела мировые новости в прямом эфире. Она ужасно волновалась и возможно именно от этого пластмассовая ручка переносного микрофона в её руках была скользкой и мокрой.
- Эээ, дорогие друзья, до затмения осталось пятнадцать минут. Ровно пятнадцать минут до нашего грандиозного шоу и редчайшего знамения!
- Затмения,- прошипел оператор. – Зат-ме-ни-я!
Журналистка, не подумав, решила быстро исправится и повторила ровно то, что услышала, повесив на личико фирменную улыбку платного факультета универа журналистики.
- Простите, зад меня!
Оператор тихо вздохнул.
Буквально через пол секунды до ведущей дошло, что вылетело из её рта и она вновь поспешила исправиться.
- Я хотела сказать, сзади меня развернулось блистательное шоу, проводимое нашими…

В то время как народ веселился внизу, я карабкался по пригорку, руки были разбиты в кровь.
Мысль, которая посетила меня после того как ладони ощутили холодный металлический корпус зажигалки, жгла меня изнутри. Мне стало интересно, действительно ли я правильно понял первичный замысел дяди Вити или он имел в виду другое? Задумавшись я наступил на неустойчивый камень и едва не сорвался вниз, в последний момент успев схватиться за корень одного из деревьев. Мне удалось на нём подтянуться , и тогда я увидел маленькую площадку. Это была скорее не площадка, а выруб в пригорке размером близким к половине метра. Отличное место для осуществления моего замысла. Я пополз вперёд.

- И так, - продолжала вещать журналистка. – До затмения остались считанные секунды, вот уже люди начали вести отсчет, присоединимся к ним!
Оператор быстро перевел объектив видеокамеры на толпу. Журналистка впервые за эти пятнадцать минут позволила себе выдохнуть.

Им похоже весело там, внизу. Вон уже считают. А может не стоит делать того, что я задумал? Очень рискованно ведь.
- Пять! – прокричали люди.
А ведь правда, мне отсюда всё видно! Ну, кроме сцены и приглашенных знаменитостей разумеется…
- Четыре!
Да и удобно тут…
Ага, удобно. Кого я пытаюсь обмануть? Может быть внутренний голос?
- Три!
Нет, я сделаю это!
- Два!
Может не стоит?
- Один!
Мне привиделся дядя Витя. Он наверное сейчас сидит неподалеку и наблюдает за мной. И как я посмотрю в его глаза после того что я не сделаю? Нет, надо доказать что я «кто»!

Затмение началось внезапно. Как и было рассчитано волна темноты надвигалась со стороны дальних кварталов города и через несколько секунд добежала до них, начав обступать со всех сторон. В то же время, свет в окнах начал тухнуть с полусекундным опозданием. Вот уже темнота закрыла половину города. Это напоминало мазут, растекающийся по белому зефиру. В то время как одна часть города была освещена ярчайшими огнями, другая потонула в темноте, да и не верилось вовсе, что там, в этой темноте лежит вторая, такая же часть города. А волна тьмы всё наползала и наползала, пока не докатилась до последней точки яркого света – сцены. И та в миг погасла.

Я посмотрел на часы. Фосфорные стрелки их показывали, что затмение продлится еще ровно минуту. Зажигалка была наготове и когда внизу всё скрылось от глаз, я с трудом нащупал колесико кремня.

- И вот, город окутала полнейшая тьма. – Журналистка не собиралась упускать свой шанс, находясь даже в полнейшей темноте. Все огоньки аппаратуры были качественно залеплены на входе, и поэтому девушка просто кричала в пустоту. Как ни странно слышал её весь мир. - Весь мир погас, такое чувство, что это конец света и сейчас… Что это!?

Темнота была полнейшей, и потому, огонек от зажигалки стало отчетливо видно, пожалуй, и за пол километра от меня.
- Ну и кто теперь здесь ничего не значит? – С улыбкой проговорил я, купаясь в свете огонька от зажигалки. – А вы думали я и в правду ничего не значу?
Этот огонь был, как казалось, последним маяком жизни и света на всей планете. Такая маленькая зажигалка, и такой, казалось бы, незначительный человек порой совершают то, что переворачивает весь мир.

- Похоже, кто-то решил сорвать мероприятие! – Продолжала журналистка. – И это, это, кажется это свечка или зажигалка!
Недалеко от журналистки был пост охраны, где толстый начальник раздавал приказы подчиненным шепотом, хотя сам их не видел.
- Так, - говорил он,- чтобы через минуту огонек потух!
- Начальник, затмение кончится через пол минуты!
- Мне плевать. У вас десять секунд!
- Но что мы можем сделать?
- Мне плевать, - повторился начальник. – Хоть снайпера зовите, чтобы он сбил это пламя!
- Снайпера? Откуда начальник?! – подчиненный его, кажется, впал в истерику, снайперов здесь предусмотрено не было вовсе. – Увы, мы беспомощны!
- Твою мать! – Прошептав это, начальник отдела охраны сел на пол, закрыл ладонями лицо и начал глубоко и часто дышать.

Внизу стало шумно. Волнуются… Мол, кто это там с зажигалочкой?
Я вновь посмотрел на часы и понял, что пора заканчивать каламбур. Осталось всего десять секунд. Я просто задул огонек и тихо проговорил:
- Спать.