- Лепота, - протянул парень, окидывая взглядом распростертый перед ним как на ладони город.
Солнце медленно поднималось из-за горизонта, раскрашивая улицы и дома в ярко-розовый цвет. Сквозь облака лучи, как стрелы пронзали толстую шкуру увальня тумана, пробравшегося с озера, расположенного в парке Блад Оук, на дорожки, улицы, кварталы города. Огненный гигант, выкатившись наполовину из-за видокрая вступил в вечную битву с ночью и тьмой. Синева на противоположной стороне неба уже ретировалась, обещая в следующий раз вернуться с новыми силами.
Парень сидел на краю крыши, свесив ноги в бездну глубиной в шестнадцать этажей. Рядом с ним лежал спортивный рюкзак красного цвета. Из не до конца застегнутого кармана сумки торчала рукоять обреза. На парнишке была одета ветровка белого цвета. Грязные разводы, следы от копоти и рыжие пятна ржавчины, вперемешку с засохшими брызгами крови, хоронили первозданную чистоту без почестей и сожаления. Джинсы его потерты, коленки вытянуты и сбиты. Один из кроссовок символично «просит есть». Парень осмотрел ботинок, но лишь отмахнулся, не придумав как его починить.
- Красотища, - повторил он, взглянув в небо.
Он посмотрел вниз. Земля пару раз качнулась ему навстречу. Голова немного закружилась. Пальцы крепче вцепились в арматурину, торчащую из стены.
Внизу небольшой дворик, виднеется детская площадка с качельками и песочницей, парковка с перевернутыми искореженными и сгоревшими остовами. На лавочке сидит засохший труп. В руках он крепко сжимает бадик.
- Эх-х, - протянул парень и, чтобы не видеть тоскливого пейзажа разрухи, перевел взгляд на небо, где уже начинало пригревать солнышко, разгоняя перистые облака.
Позади раздался грохот. Через пару секунд лязг, скрежет и топот повторился. Дверь, ведущая на чердак, распахнулась, но лишь на несколько сантиметров. Веревка, которой парень предварительно привязал дверную ручку к трубе, не дала ей распахнуться. Из проема донесся рев десятка глоток.
Парень, не обращая внимания на тех, кто пытается выломать дверь, продолжал смотреть в небо.
Прекрасное лазурное. Чистое и недоступное той дряни и заразе, которая наводнила город, а вместе с ним и всю округу. Как свежий зефир, облака плавно скользили вдаль, меняя свою форму.
Лязг двери, стук и рев усилились. Парень тяжело вздохнул и оглянулся. Несколько людей, стоя на карачках, пытались перегрызть веревку.
«Совсем стали зверьми», - грустно подумал он.
Веревка понемногу истиралась. Десны непривычные к такой нагрузке кровоточили, отчего по подбородкам у людей текла кровь. А может по дороге на крышу они успели кого-то порвать и съесть.
Вжикнула молния – парень расстегнул сумку и достал обрез. Переломил его пополам и поддев ногтями капсюль вытащил из ствола пустую гильзу.
Тяжко вздохнув, он небрежно отбросил ее в сторону и красный пластмассовый цилиндр, описав несколько кульбитов, улетел вниз.
- Вот и все, шляпа неизбежна - нарочито шепелявя, парень вытащил из сумки пустые коробки для патронов. Скину их с крыши, он спрятал ружье в рюкзак и закинул его за плечи.
За спиной раздался оглушающий многоголосый рев. Видимо к компании, первой взобравшейся по лестнице наверх, присоединились новые соискатели свежего человеческого мяса.
Последние нитки, сдерживающие дверь лопнули под напором обезумевших людей, и дверь с грохотом распахнулась. Стоявшие ближе остальных к двери повалились на пол, под напором стоявших сзади, но от этого не менее желающих вырваться на крышу. Не обращая на это внимания, их собратья рванули к парню, не замечая того, что давят друг друга.
- Вас что не кормили сегодня? – улыбнувшись, прошептал парень, вглядываясь в голодные лишенные разума и всего человеческого глаза.
Толпа вывалилась из дверного проема и ринулась к парню сидящему на краю крыши. Новые особи все продолжали выходить на крышу, вскоре их было уже пара десятков. Расстояние между парнем и тварями, жаждущими его крови, неумолимо сокращалось. Одним шагом твари преодолевали по два метра. Когда до желанной цели осталось не больше двадцати метров, люди бегущие в авангарде, упали на четвереньки и теперь, передвигаясь, как животные - на четырех конечностях, еще с большей скоростью понеслись к цели. Их прыжки казались сродни прыжкам обезьян или диких кошек джунглей. Молниеносные, мощные и невероятно далекие скачки, увидев которые олимпийские чемпионы по прыжкам в длину застрелились бы от зависти.
- Обидели мышку, надудонили в норку, - щерясь от солнца, прошептал парень.
Дальнейшее походило на замедленные кадры старой черно-белой кинопленки. Некогда бывшие людьми, теперь кровожадные монстры, с застывшими гримасами гнева на лицах несутся по крыше высотки. Парень в потертой куртке, устало смотрящий на толпу зверей, несущихся с единой целью – разорвать его на части.
Пара метров до цели… необычайно вытянувшиеся ногти тянутся к человеческому телу, требуя крови и мяса… последний дюйм…Парень упирается в бетонный пол на котором сидит и отталкивается, подаваясь вперед всем телом…навстречу шестнадцатиэтажной бездне.
…Полет...

* * *

С крыши срывается человек, через долю секунды, не успев затормозить, десяток тел вслед за ним устремляется вниз к земле. Через пару мгновений на асфальте недвижимо лежит множество трупов.
Только что рвавшиеся утолить жажду крови сами мертвы. Конечности неестественно изогнуты, черепа расколоты. По асфальту от изуродованных «мешков с костями» потянулись ручьи крови.
- Дебилы.
Над трупами стоит парень в некогда белой, но теперь грязной, испачканной ржой куртке. За плечами у него болтается рюкзак, красного цвета. Из не до конца застегнутого кармана торчит рукоятка пустого обреза. На одном из кроссовок оторвана подошва.
Парень переступил один окровавленный труп и присев на корточки стал снимать с него ботинки.
Через пару минут в сторону парка Блад Оук, не спеша, шагал парень. На его ногах были новые кроссовки.