Анна никогда не гналась за роскошью; ей не нужна вилла с видом на океан, собственная яхта, крутой спортивный автомобиль; она считает все это лишним. Когда-то в детстве мама рассказывала ей о сказочном государстве Монако; с тех пор она мечтала стать его принцессой и управлять этим малюсеньким княжеством, которое населяют монегаски . Но Анна выросла, повзрослела и мечты остались в прошлом вместе с детством. Лучше жить, как любит повторять Аня: 'Простенько, но со вкусом' и только иногда выбираться за пределы Москвы и России, но только для того, чтобы сменить обстановку и пополнить карман впечатлениями. Сейчас Анна хотела стать телеведущей и работать на нью-йоркском телевидении. Уже чуть больше года она мечтала об авторской программе, в которой будет раскрывать тайны футбольных будней, посещая с гостем программы тренировки, спортзал, командные пикники, вечеринки... И каждый раз это будет новый футболист, жизнь которого Анна освятит в своей программе, заканчиваться которая будет осмотром его жилища. Почему именно футбол? Ответ настолько банален, что ненароком хочется покачать головой: ей нравился один известный футболист...

За плечами одиннадцатый класс, который Аня закончила всего пару месяцев назад. Аттестат блистал пятерками, что вызывало большую гордость у ее родителей, нежели у самой Анны. Она никогда не гналась за отличными отметками, учеба давалась ей легко, стоило один раза прочесть материал, чтобы пересказать его практически без ошибок. На Выпускном вечере, когда одноклассники делились друг с другом планами на ближайшее будущее, Анна заявила: 'Стану Нью-Йоркской телеведущей!' Эти слова были со смехом восприняты одноклассниками, что заставило Аню задуматься: 'Я им всем покажу! Еще вспомнят мои слова, когда увидят меня на экране телевизора'.

Анна с неохотой перебирала старый гардероб. Примеряя различные варианты одежды, она рассматривала себя в зеркало и удивлялась неплохой фигуре, которую сумела сохранить, несмотря на огромное количество в рационе сладкого, включая пирожные с жирным кремом и шоколадные конфеты на обед и ужин. В себе ей не нравились две вещи: широкие бедра и почти полное отсутствие груди, но с этим она смирилась. Такова ее природа. Не совсем плоский живот, конечно, тоже не устраивал Анну, но она давно перестала считать его недостатком фигуры. Уж лучше иметь округлый животик, чем иметь одни кости да кожу. В данный момент Анне не нравился только огромный прыщ на подбородке, который вскочил как всегда не вовремя по 'закону подлости', что срабатывал как часы в то время, когда 'ну никак его не ждешь'. Хотя... разве есть девушки, полностью довольные своей внешностью? Выглядела Аня, по мнению подруг обалденно: 'Наделила же природа таким лицом!' В который раз она смотрела на себя в зеркало и не могла понять, что нравится им в ее веснушчатом лице. Большие темно-карие глаза, которые почти не красила, потому что они настолько выразительны, что не требовали дополнительного выделения, разве что чуть-чуть; густые длинные волосы в цвет глаз; немного широкая переносица и пухлые губы. Губы - это отдельная история, которую Анна предпочитала рассказывать только тем, кто сомневался в их естественности. Они нравились многим парням, но почему-то большинство задавали глупый вопрос: 'Настоящие?' Это раздражало ее, и она предпочитала не общаться с парнями, которые изначально недоверчиво похихикивали за ее спиной.

Сейчас Ане предстояло определиться, что из вещей она засунет в чемодан, а что оставит отлеживаться дома. Нью-Йорк - это дело такое. Не понравишься однокурсникам - считай, все усилия насмарку. Еще недовольно фыркнут в ее сторону: 'Понаприезжали тут!' Поэтому нужно будет постараться, чтобы не стать изгоем в Нью-Йоркском университете журналистики. Черт их знает - этих американцев. Вроде приветливые, но лишний раз подстраховаться не помешает.

'Мысли материальны', - считала Анна и старалась отгонять плохие мысли, а думать о приятном и волнующем. Сейчас для нее этим 'волнующим' были две вещи: поездка в Нью-Йорк и Даниэль Крейн, причем первое - на первом месте, а иначе невозможно второе.

- Анька, не видела мою плойку? - ворвалась в ее комнату сестра. - Сама-то собралась? Поди, сидишь тут, мечтаешь о встрече с кумиром, разглядывая потрепанное фото? Надеешься увидеть и очаровать? Хм, глупая!
Ольга всегда была дерзкой и взбалмошной, но Анна привыкла к несносному характеру младшей сестры и старалась держать себя в руках в подобных ситуациях, вместо того, чтобы начать в споре отстаивать свою позицию.
- Оль, не лезь, а! Лучше займись своими вещами.
- Да ну тебя. Сиди, мечтай, - хихикнула Ольга и, хлопнув дверью, удалилась.
'И буду, - мысленно возмутилась Аня. - Кто хочет, тот всего добьется!'
Чуть позже заглянула мама, желая направить дочь на путь истинный.
- Не вздумай прогуливать занятия, - поучала мама. - Такую возможность упускать нельзя. Вот я в твоем возрасте даже мечтать не могла об учебе за рубежом. Так что, все в твоих руках, Анечка. Смотри не упусти шанс, потому что второго может и не быть.
- Я знаю, мама, - успокаивала ее Аня, сложив последнюю майку в чемодан. - Экзамены для меня не проблема. Я все сдам. Вот увидишь, ты главное верь. Без вашей с папой веры - я пропала.
- Конечно, мы в тебя верим, Анюта, - обняла ее за плечи мама. - Я знаю, что тебя можно спокойно оставить в Нью-Йорке. Не пропадешь. Вот Ольга, та бы только по клубам бегала, поэтому я еще десять раз подумаю, прежде чем отправить ее учиться за рубеж.
- Так вот почему ты взяла отпуск? - улыбнулась Анна. - Думаешь, пока папа будет работать, мы останемся без присмотра?
- Ну-у... - уклонилась от ответа она. - Скорее да, чем нет.
- Да брось ты, - улыбнулась Анна. - Мы уже не маленькие.
- Ой, как же я буду волноваться за тебя, - вздохнула мама. - Смотри, береги себя, когда останешься в Нью-Йорке. Не забывай принимать таблетки.
- Мама! Разве я когда-то забывала об этом?

Утрамбовав вещи в чемодан, Аня взяла с полки фотографию Даниэля, которую вырезала в 'Спорт-экспресс' еще год назад, когда только впервые увидела его рядом со знаменитым братом - Ричардом Крейном в одном из интервью. Дани нравился Анне больше, чем кто бы то ни было в Москве. Местные парни казались ей легкомысленными, гонящимися за крутизной, легкой жизнью, свободой; на уме у них были только вечеринки, девчонки и секс. Это Анну настораживало. Ни за что на свете она не связала бы свою жизнь с таким ветреным мужиком. В понимании Анны мужчина должен обладать твердым характером, быть уверенным в себе, без пафоса, но романтичным. Таким ей казался Даниэль, несмотря на то, что она никогда не встречалась с ним и не знала, какой он на самом деле. Но Аня верила, что этот парень полностью попадал под ее описание настоящего мужчины.

- И этого берешь с собой? - кивнула мама на фотографию футболиста.
- Да, а что?
- Эх, Анька, Анька, - она покачала головой. - Вот только это мне в тебе не нравится. Твои глупые мечты.
- А разве плохо мечтать? - спросила Аня, убирая фотографию во внутренний карман сумки.
- Нужно о настоящем думать, а не вздыхать по парню, который даже не знает о твоем существовании.
Поначалу симпатию к Даниэлю Крейну Анна никак не решалась назвать любовью, потому что она не представляла, 'как это - любить по фото?' Но чем дольше она увлекалась итальянским нападающим, тем чаще задумывалась: 'Если ты ставишь фотографию парня в рамку; если каждый день улыбаешься портрету; не выпускаешь образ из головы; представляешь своим мужем; интересуешься его жизнью и хочешь стать для него больше чем поклонницей - разве это не любовь?' Именно из этих соображений в голову Анны закралась не очень разумная и скользкая мысль - она влюбилась. Глупо, нереально, по-детски, но влюбилась! Теперь она знала, что такое любовь по фотографии. А что делать, если твой избранник известный футболист и никогда не посмотрит в твою сторону? Ну, конечно - нужно идти к цели - по раскаленным углям, битому стеклу, зыбучим пескам, а иногда достаточно одного желания, чтобы воплотить мечты в жизнь. И собственно это желание занимало у Анны все мысли. Цель поставлена - пора в путь!

Ветер нежно обдувал лицо и приводил в чувство после длительного сидения в самолете. Разноцветными заплатками на скучном сером асфальте блистали цветочные клумбы возле кирпичного дома Нэвиллов. Дом показался Анне довольно старым и неприметным. Раньше он выглядел необычным, неординарным, наверное, в детстве всегда все воспринимается по-другому, скажем, волшебно и завораживающе. Аня вздохнула. Ее всегда удивляли в Нью-Йорке высокие подъемы перед входом в дом.

'Черт бы насадил на вилы этого архитектора!' - возмущалась Аня, волоча за собой чемодан.
Билл Невилл учился вместе с Игорем Николаевичем в Гарварде, их крепкая дружба завязалась именно оттуда и до сих пор ничто не может разбить ее. Папа частенько выезжал в Нью-Йорк по делам фирмы, которую он возглавлял, и иногда брал семью с собой. И этот раз не стал исключением.

- Черепановы! Как я рад вас видеть! - воскликнул Билл, забирая из рук Анны чемодан. - Почему не позвонили? Я бы встретил.
- Да брось ты! И так добрались, - сказал папа, похлопывая его по плечу.
Аня скромно топталась на пороге, пока жена Билла - Тереза не велела пройти в зал.
- Что же вы стоите, - волновалась она, словно встречала президента. - Проходите, мои хорошие. Анна, значит, надумала стать журналистом?
- Телеведущей, - поправила она Терезу, которая услужливо провела сестер в комнату, где они будут жить. Все та же знакомая комнатка, где Аня провела ни один день, только сейчас она выглядела более живой, видимо Тереза специально подготовила ее, с учетом того, что Анна будет жить здесь ни неделю и даже не месяц. Нэвиллы любезно согласились предоставить Ане жилье, зная о ее великих планах. Через месяц ей предстояло сдать два теста: TOEFL и SAT1. За тест на проверку английского она даже не беспокоилась - владеет языком как родным. А вот критическое мышление - уже совсем другой вопрос. Здесь нужно хорошо подготовиться. Помимо тестов, Ане предстояло написать эссе. Она уже придумала, что именно возьмет за основу сочинения - ее мечту о собственной программе. Говорят, чем интересней будет эссе, тем больше будет вероятность поступить в колледж, и она намеревалась показать американцам 'откуда берется полет фантазии'.

Собравшись за ленчем, Нэвиллы чесали языками, казалось, это никогда не кончится. Особенно в этом была хороша Тереза. Билл едва сумел вставить свое весомое слово и сообщил, что заполучил три билета на финальный футбольный матч. Услышав шокирующую новость, Анна встрепенулась и нервно сглотнула. Она не должна упускать такую возможность. Вдруг это и есть та самая ниточка, дернув за которую, на Анну свалится счастье? Счастье с небес, подарок Вселенной... Уж терпеливей Ани не было человека в мире - так она всегда считала, но сейчас терпение в любой момент могло лопнуть, как воздушный шар, напоровшийся на ветку дерева. С каждой секундой все внутри закипало, подобно лаве, готовой вырваться на свободу из кратера вулкана. Глаза беспорядочно забегали, смотря то на отца, то на Билла. Она никогда не сомневалась в любимом клубе.

- А третий билет для кого? - не вытерпела она.
- Хотел позвать Саймона - парня с работы, но если ты хочешь...
- Хочу! - обрадовалась Аня, не дожидаясь окончания фразы.
- Ты хочешь пойти? - удивился Билл.
- Пожа-алуйста! - жалостливо протянула она, умоляя взглядом.
Да мне не жалко! Конечно, пойдем.
- Ой, спасибо, дядя Билл! - Анна сорвалась с места и повисла на шее Билла. - Никогда этого не забуду!
- А за кого держишь кулачки?
- За 'Лацио'. Они порвут всех и выйдут в финал.
- О, так мы с тобой единомышленники, - засмеялся Билл, а Аня была готова расцеловать его на радостях.

Вечером Анна села за ноутбук. Она решительно настроилась на эссе. 'Напишу такое, что офигеют! - в мыслях посмеивалась она. - И уж точно примут меня'. Мыслей было море, нет, даже целый океан наберется. И нужно было как-то собрать все воедино и выложить на бумагу. К сожалению, сочинения Анна писала не очень хорошо, потому что не обладала даром Пушкина. В школе за них получала твердые четверки, а это не годится для престижного американского ВУЗа. Выход из положения был один - писать так, словно это последнее, что она сделает в жизни. Собравшись с духом, включив спокойную инструментальную музыку, Анна принялась щелкать пальцами по клавишам. 'Назовем программу - 'День с футболистом'. Нет, лучше 'Футбольные будни' - опять не то, хотя близко. Нужно что-то более запоминающееся. 'В гости к футболисту' - остановимся на этом'. Анна знала, что по одежке встречают, поэтому название должно отражать суть программы. Она не хотела делать шоу, наоборот, стремилась показать реальный день футболиста без сценариев и прочей лабуды, что немаловажно. Итак, начнем сначала:

'Я не хочу изменить мир, как многие напишут в своих эссе, желая привлечь внимание к своей персоне, я просто расскажу о своей мечте - стать телеведущей. Я болею этим уже больше года и намерена добиться поставленной цели, а для этого я просто обязана учиться в этом колледже. В своей авторской программе я буду рассказывать о буднях футболистов, следуя за спортсменами по пятам. Новый выпуск программы - новая персона. Тренировка, спортзал, вечеринка и квартира главного героя - ничто не останется без моего внимания. А по завершении - конкурс от футболиста. Это пока только идея, которую я намериваюсь развивать, придумывать новые перспективные рубрики, которые не останутся без внимания слабой половины человечества. По большей части моя программа нацелена именно на женщин, которые порой не знают, что собой представляет обычный день футболиста...'

Ричард с мячом. Подозрительно смотрит на брата. Почему же он не идет в нападение? Почему медлит? Ворота открыты. Что мешает пробить по ним и наслаждаться заслуженной победой? Последняя минута матча, последняя попытка подтвердить свой статус лучшего клуба мира.

'Черт! Рич, чего же ты ждешь?' - паниковал Даниэль, спеша перехватить мяч, который, по всей видимости, Ричард решил слить. Даниэль не понимал его тактики и изо всех сил старался помочь команде выйти в финал, а для этого ему нужно было пробить. Получив пас от брата, он проскочил защитника 'Пармы' и ударил в правый угол ворот. Напряжение нарастало. Стадион все сильнее ликовал. Го-о-ол! Пронзительный свисток судьи замолк в истошных воплях болельщиков. 'Лацио' выходит в финал! Даниэль издал победный клич и растянулся на газоне, принимая поздравления команды.

- Красавчик! - донеслось из толпы. - Ты это сделал!
Это был первый гол Дани за весь чемпионат. Он был счастлив не меньше команды, но его не отпускало гнетущее чувство несправедливости. Он знал, что этот гол должен был принадлежать Ричарду. Одно из очередных 'не люблю' Даниэля - быть в долгу, а данный презент брата означал именно это.
Уже в раздевалке к Даниэлю подошел Ричард. Он гордо задрал голову и похлопал его по плечу.
- Красивый гол, братишка!
- Рич, зачем ты это сделал? - Дани до сих пор не мог понять поступок брата. - Ты рисковал выходом в финал. Ты спятил! А если бы я не успел? Если бы не забил?
- В том то и дело, - протянул Ричард. - Ты не веришь в себя. Кто-то должен был поверить.
- Ты затеял это для того, чтобы повысить мне самооценку? - возмутился Даниэль, скрестив руки на груди. - Ты понимаешь, чем это могло нам грозить? Выход в финал - это тебе не мяч по полю гонять!
- Вот именно! Пойми, пока ты не научишься верить в собственные силы - у тебя ничего не получится в жизни.
- Не нужно меня поучать, у меня уже есть один отец.
Даниэль терпеть не мог, когда брат принимался читать нотации и говорил, как нужно жить. Дани вообще считал себя полным предрассудков и недостатков, но это не давало права Ричу наставлять его на путь истинный и пытаться изменить то, что заложено в его характере.
- Да пойми ты! - Ричард толкнул его кулаком в грудь. - Я хочу видеть тебя в основном составе. Ты нужен команде на поле, а не на скамье запасных. Поверь в себя, наконец, а иначе...
- А иначе что? - завелся Даниэль. - Уговоришь тренера не выпускать меня на поле? Давай! - он оттолкнул брата и поджал губы.
- Не воспринимай мои слова в штыки. Я просто хотел помочь. Ты заслуживаешь лучшего.
- Помочь? - Даниэль вопросительно вздернул брови. - А что в твоем понимании лучшее? Деньги? Слава? Силиконовые девочки? Особняк в Монако? Нет уж, уволь. Я к этому не стремлюсь.
- Хочешь поговорить о целях? Давай! Скажи, какая у тебя на сегодняшний день главная цель в жизни? Карьера? - нет; семья? - вряд ли; ребенок? - тоже не то. Тогда что?
- Хочешь знать? Так я скажу тебе. Терпеть не могу, когда меня используют. Эти красавицы длинноногие больше ни на что не способны, кроме как тянуть из меня бабки. Столько раз обжигался, что скоро поневоле стану женоненавистником... Ты удивишься, Рич, но я хочу семью.
- Значит, целью все-таки является девушка?
- Да, но что это меняет? Ты все равно ничего не сможешь мне предложить, потому что общаешься с дамами из высшего света.
- Тогда дам совет - позвони в журнал 'Football Fan'. Тебе не раз предлагали организовать там конкурс. Сходишь с победительницей в ресторан - в качестве приза, отдохнешь. Глядишь, что-нибудь выйдет. Или вывеси объявление на My Space. Выходов море, только ты ни к чему не стремишься. Вот это плохо, Дани! Похоже, у тебя обычная депрессия. Тебе бы в отпуск, но...только после финала.
Даниэль предпочитал жить своей головой и с трудом прислушивался к советам других, даже если советчиком являлся его родной брат. Но в этот раз слова Ричарда заставили его задуматься.
- Хм, пожалуй, пришло время дать им положительный ответ, - хотел сказать Даниэль, но лишь буркнул в ответ: - Я подумаю на счет конкурса.
- Парни, хватит языками чесать, - вклинился с дискуссию Луис, вытираясь полотенцем. - Пресс-конференция! Не забыли?
- Иду, Луис, - буркнул Даниэль.

Он решил на время пресс-конференции не думать о личной жизни, но наглая журналистка с накаченными губами уже потирала руки, видимо, желая задать мучающий многих поклонниц вопрос: 'Когда же женится младший Крейн?'

Отвечать на глупый вопрос нисколько не хотелось, но чтобы не выплеснуть на нее часть гнева, что закипал внутри; Даниэль глубоко вздохнул, натянуто улыбнулся и ответил:
- Когда найду ту, которую захочу повести под венец. Банальный ответ на избитый вопрос.
- Так Ваше сердце не занято? - не унималась журналистка. Она так и норовила пробраться в потайной уголок сердца Даниэля.
- Не волнуйтесь, когда я встречу свою половинку - сообщу об этом всему миру, а пока давайте вернемся к обсуждению матча.

Анна проснулась в восемь. Когда она раздвинула портьеры, ее взору открылся прекрасный вид: зеленые газоны, цветущие кустарники и море цветов. Это великолепие наполняло сердце безмятежным счастьем. Ей тут же захотелось выбежать из дома и вдохнуть аромат благоухающих тюльпанов. Натянув джинсы и длинный свитер, она на цыпочках спустилась вниз и вышла на улицу. Медленно бродя возле дома, она ни на секунду не выпускала из головы образ Даниэля. Как ей хотелось сейчас увидеть его и просто поговорить по душам. Анна в очередной раз прокручивала в голове момент встречи с ним:

'Я вхожу в клуб, легкой походкой продвигаюсь к барной стойке, мимо проносится парень, толкает в плечо, сумочка вываливается из моих рук... Я хотела сказать: 'Смотри, куда идешь', но после того, как он оборачивается, вижу - это Даниэль Крэйн! Боже мой! Сердце выпрыгивает из груди. А он мило смотрит мне в глаза и говорит: 'Простите, Не могли бы вы потанцевать со мной? Возможно, так я сумею загладить свою вину'. И мы кружимся под завораживающий испанский мотив'.

Аня улыбнулась своим мыслям и продолжила витать в облаках:

'Крадусь по темному коридору, словно репортер в надежде заполучить сенсацию. Вижу какую-то дверь. Она не заперта. Решаю, что ничего страшного не случится, если удовлетворю съедающее меня любопытство. Медленно приоткрываю скрипучую дверь. Вхожу. Странно, никого нет. Оглядываюсь, понимаю, что попала в раздевалку. Откуда-то появляется Даниэль. Я замираю от волнения и нервно сглотнув, борюсь с желанием подойти и дотронуться до него, проверить - не сон ли. Сама себя одергиваю - нет, не сон. Делаю вид, что потерялась, спрашиваю, где женская раздевалка. Дани указывает на соседнюю дверь, но вдруг внезапно берет меня за руку и просит остаться, говорит, что ждал меня...'

Вторая история понравилась больше, но Анна решила, что их встреча будет совершенно другой... Особенной. Все будет волшебно, но как именно, еще не придумала.

Сегодня Анна не хотела никуда выходить. Днем она помогала матери с готовкой, а вечером поудобней устроилась на полу перед огромной плазмой с бутылочкой Pepsi. Игорь Николаевич с Биллом потягивали пиво, наблюдая за борьбой двух футбольных команд. Иногда они кричали, когда игроки 'Лацио' были в шаге от гола. Анне тоже хотелось орать, но она вовремя подавляла попытки сорваться и закричать: 'Вы что, слепые? Почему не бьешь? Ну чего вы ждете? А здесь явное нарушение!' Она разбиралась в футбольных правилах не хуже отца, поэтому замечала, когда судья явно делал вид, что не замечает нарушения. Например, когда он игнорировал подкаты противника. Так и хотелось в этот момент треснуть ему по лбу и сказать: 'Очки протри!' К счастью матч закончился победой любимого клуба. Ура! 'Лацио' в финале. Но больше Анну обрадовал победный гол Даниэля. Она знала, что он всегда был лучшим, уж точно не хуже своего знаменитого брата - Ричарда Крейна, о котором писали все спортивные газеты и журналы. Он частенько мелькал и на обложках глянцевых журналов, иногда в составе жены и маленького сына. Зато Даниэль всегда был 'черной лошадкой', предпочитал не распространяться о своей личной жизни, и о нем вообще мало писали. Обычно Анна узнавала информацию о Дани со слов Ричарда, который говорил, что брат не любит, когда его личную жизнь выставляют напоказ, что он домашний и тихий, вечера любит проводить с родителями или в одиночку в своей нью-йоркской квартире, что он безумно любит маму и ее стряпню. Это не многое, что знала Анна о Даниэле, грело ей душу. Она наивно верила, что сумеет завоевать его симпатию, если получит шанс показать себя. Всего один вечер. На большее она не рассчитывала, поскольку знала, что второго шанса у нее не будет.