Великая Отечественная война.
Она была. Она прошла. Отгремели последние взрывы, последний человек упал бездыханным телом, судорожно сжимая в руках оружие. Эти четыре года ужаса и скорби, ужасной трагедии всей страны кончились. Люди были рады, да что там, счастливы, как никогда раньше тому, что смерть больше не висит над каждым дамокловым мечом, не раздаётся в высоте рёв вражеского самолёта, голод и жажда не преследуют по пятам. Наступил сложный период восстановления страны, разрушенной экономики, разграбленных городов и сёл. Последние силы народа были брошены на это. Восставали из пепла города, поднимались к небу новые колосья пшеницы, взращённые руками детей, женщин и стариков. Сколько семей потеряли свой надёжнейший оплот – отца, мужа, сына – не счесть! Сколько молодой, горячей юношеской силы исчезло, расплескалось по дороге к Берлину! Сорок миллионов советских людей, сорок миллионов извещений о смерти, слёз, горечи, обиды!
В нашей стране память о событиях тех лет должна жить вечно, несмотря на состояние культуры, экономики, политического строя и убеждений. Наша память должна быть выше этого. Тот народ, который чтит прошлые поколения, защищавшие родную землю, выберется из любых трудностей. Те солдаты, благодаря которым шестьдесят пять лет назад над поверженным Берлином взреял флаг не должны были умереть зря. Каждый год, каждый из нас обязан не просто вспомнить про их заслуги, но и сделать что-то, чтобы эти заслуги не канули в пучину забвения. Хоть что-то. Возможно, помочь тем, кто остался жив, кто, несмотря на все трудности и не всегда должное обращение, хранит в сердце те чувства и переживания, перекрывающие все остальные. Это – наши ветераны, ветераны фронта и тыла, те, кто ковал Победу, кто не жалел себя в непростые времена. Те, кто в очередной раз помог спасти все народы Европы, а возможно и весь мир от надвигающегося краха. И в этих пафосных речах мы воздаём должное Великой Победе, и не нужно стыдиться громких слов.
Они заслужили.

Личная история войны

Мой прадед Матвеичев Николай Николаевич участвовал в одной из самых важных операций Второй мировой войны – разгроме милитаристской Японии в 1945 году. Его личную историю войны можно назвать героической, я слышал её всего пару раз, но прекрасно запомнил. Дедушка ценит эти воспоминания больше всего, они глубже остальных врезались в его память. Когда я приходил к нему в гости, совсем маленьким, то почти не интересовался военной историей своей семьи и страны. Уже сейчас, через призму возраста и понимания я смотрю на эти воспоминания, ставшие только моими, и осознаю их важность. Для меня, для деда, для семьи, для страны. Мерно тикающие часы, прерывающийся сухой голос, остановившийся взгляд, устремлённый вдаль…
Он не любил упоминать, что попал на фронт обманом. Будучи очень рослым в свои шестнадцать, он волей судьбы прошёл комиссию и отправился служить со своими восемнадцатилетними товарищами. Вспоминал, как в сорок первом году молодых ребят, среди которых был мой дед, в родном селе погрузили в деревянные вагоны и пустили по рельсам. Состав ехал не на фронт, не на жестокую бойню, ломающую судьбы одну за другой, а на Дальний Восток - предотвращать возможные агрессии со стороны союзника Германии. Ехали долго, больше трёх месяцев. Ни разу не мылись, заросли, завшивели, питались всегда кашей. При каждой остановке в населённых пунктах закрывали магазины – солдаты были голодны и грабили всё подчистую. Дед с горечью упоминал о друге из села – тот достал несколько буханок хлеба и, пытаясь передать товарищам, залез под поезд. Состав в этот момент тронулся, и молодому парню по имени Иван отрубило ноги.
В составе всегда сильно трясло, спали на досках, однажды натащили сена из деревни, и мелкие насекомые стали доставать людей совсем невыносимо. В вагонах стояла вонь, справляли нужду в ведро. Три месяца езды в никуда. Дед вспоминал, что служба на передовой казалась тогда куда лучше.
Вот наконец пункт назначения. Усталых, непохожих на людей ребят выгрузили из вагонов, помыли, постригли, накормили и выдали новую форму. Дед здесь всегда упоминал: «Нас когда помыли, переодели и построили, мы друг друга не узнали совсем. Меня друг спрашивает: «Коля, это ты?». Я отвечаю, что да, хотя сам не узнаю человека из родного села.»
Далее следовало распределение по типам войск и тренировка. У моего деда оказалась отличная память и реакция, и его направили в связисты. Азбука Морзе, постоянные тренировки и обычная солдатская муштра, за все этим пролетали года службы. С тревогой дед слушал сводки о сражении под Москвой, под Сталинградом, с радостью – известия о победах армии. Начиналось наступление на Германию.
В 1945 году, уже после того, как нацистская Германия была повержена, поступил приказ готовиться к наступлению на японцев, оккупировавших территории Китая, Маньчжурии и многих других азиатских стран. Операция получила название «Августовская буря».

«Августовская буря»

На рассвете 9 августа 1945 года советские войска начали интенсивную артподготовку с моря и с суши. Затем началась наземная операция. Учитывая опыт войны с немцами, укреплённые районы японцев обходились подвижными частями и блокировались пехотой. Из Монголии в центр Маньчжурии наступала 6-я гвардейская танковая армия генерала Кравченко.
Это было рискованное решение, поскольку впереди были труднопроходимые Хинганские горы. 11 августа техника армии встала из-за отсутствия топлива. Но был использован опыт немецких танковых частей — доставка горючего танкам транспортными самолётами. В итоге к 17 августа 6-я гвардейская танковая армия продвинулась на несколько сот километров — и до столицы Маньчжурии города Синьцзина оставалось около ста пятидесяти километров. Первый Дальневосточный фронт к этому времени сломил сопротивление японцев на востоке Маньчжурии, заняв крупнейший город в том регионе — Муданьцзян. В ряде районов в глубине обороны советским войскам пришлось преодолевать ожесточённое сопротивление противника. В полосе 5-й армии с особой силой оно было оказано в районе Муданьцзяна. Были случаи упорного сопротивления противника в полосах Забайкальского и 2-го Дальневосточного фронтов. Японская армия предпринимала и неоднократные контратаки. 17 августа 1945 в Мукдене советские войска взяли в плен императора Маньчжоу-Го Пу И (ранее — последний император Китая).
14 августа японское командование обратилось с предложением о заключении перемирия. Но практически военные действия с японской стороны не прекращались. Лишь через три дня Квантунская армия получила приказ своего командования о капитуляции, которая началась 20 августа. Но и он не сразу до всех дошёл, а кое-где японцы действовали и вопреки приказу.
18 августа была начата высадка десанта на самый северный из Курильских островов — хотя по совместным решениям союзников Курильские острова, Южный Сахалин и Порт-Артур переходили к СССР. В этот же день, 18 августа, главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке маршал Василевский отдал приказ об оккупации японского острова Хоккайдо силами двух стрелковых дивизий. Эта высадка не была осуществлена из-за задержки продвижения советских войск в Южном Сахалине, а затем отложена до указаний Ставки.
Советские войска заняли южную часть Сахалина, Курильские острова, Маньчжурию и часть Кореи. Основные боевые действия на континенте велись 12 дней, по 20 августа. Однако отдельные боестолкновения продолжались вплоть до 10 сентября, ставшего днём окончания полной капитуляции и пленения Квантунской армии. Боевые действия на островах полностью закончились 5 сентября.
Акт о капитуляции Японии был подписан 2 сентября 1945 года на борту линкора «Миссури» в Токийском заливе.
В результате была полностью разгромлена миллионная Квантунская армия. По советским данным, её потери убитыми составили 84 тыс. человек, взято в плен около 600 тыс. Безвозвратные потери РККА составили 12 тыс. человек.

В этом сражении мой прадед был ранен. Во время боёв в Хинганских горах один из проводов, соединяющих штаб и фронт, был разорван. Устранить разрыв отправили связиста и ещё нескольких солдат. В горах японцы устроили засаду, и в ходе ожесточенной перестрелки пуля пробила навылет шею моему прадеду, пройдя в сантиметре от артерии. Несмотря на такое ужасное ранение, он сумел устранить повреждение и только потом, его, истекающего кровью, доставили в госпиталь.

Николай Николаевич Матвеичев награждён восемнадцатью медалями и орденами, среди которых – «За отвагу», «За победу над Японией», «Орден Красной звезды». Он жив и по сей день, но здоровье его оставляет желать лучшего. Гордиться тем, что я его правнук – мой святой долг. Эту работу я посвящаю ему.

Не буду снова говорить громких слов. Всё будет ещё сказано, как и должно быть. Память мы должны подкреплять делами. И помнить их вечно.

Память солдатам Великой Войны!